Но даже супергорода бледнеют перед самым ужасным ликом экокризиса — всеобщим термоядерным побоищем, угроза которого вот уже десятки лет висит над сообществом жителей Земли. Тотальная ядерная война выходит за рамки теперь уже тривиальных картин экокризиса, она — кардинальное, хотя, к счастью, лишь потенциальное зло XX в.

Сейчас появились понятия «геофизическая война», «экологическая война» как разновидности или своеобразные альтернативы ядерной войны. Технологическое могущество человека над природой обретает шизофренические формы в теоретических играх стратегов этих новых войн. Становятся возможными такие акции, как искусственные землетрясения, распространение полярных льдов на средние широты, перемена направления тропических ураганов, изменение морских течений с катастрофическими последствиями. Изучаются возможности реактивации вулканов, изменения физических, химических и электрических характеристик Мирового океана. Гигантские приливные волны — искусственные цунами — можно вызвать серией подземных ядерных взрывов по краю континентального шельфа. Изучаются проекты проделывания «окон» в озоновом слое и экспозиции обширных регионов планеты «стерилизующему» воздействию солнечного ультрафиолета, когда сохраняются здания, оборудование, пути сообщения, но убивается все живое, т. е. речь идет об экологическом эквиваленте нейтронной бомбы. Единственное невозможное пока — это повернуть земную ось, чтобы резко переменить климатические зоны.

Как известно всем, ядерные взрывы были не только теоретическими и не только экспериментальными. Боевые взрывы американских атомных бомб поразили города Хиросиму и Нагасаки в 1945 г. Не менее известна и реальная экологическая война. Она тоже проводилась американцами, на этот раз в Индокитае, где ядохимикатами было отравлено множество людей и уничтожено до 40% мангровых лесов. (Мангровое дерево растет со скоростью 2,5 см в час и начинает плодоносить, достигнув высоты немногим более метра.) И хотя раны затягиваются постепенно в Индокитае и повсюду, избыточные стронций и цезий от послевоенных ядерных испытаний продолжают «высвечивать» Землю в космической тьме, а водяные мутанты-уроды вокруг атолла Бикини, где было проведено множество этих испытаний, еще живут.

Так или иначе, кровавый XX в. не знал мировой войны во второй своей половине. Но каждый житель планеты сегодня знает, что через любые 15-20 минут он может перестать существовать в результате внезапного ядерного нападения.

Постоянное осознание этого, длящееся почти всю вторую половину XX в., порою притупляющееся (т. е. человек адаптируется к грядущему ужасу!), вполне можно назвать интенсивным психологическим загрязнением. Общество, закрывающее глаза на перспективу ядерного побоища и не делающее шагов к его предотвращению, полагает американский публицист Дж. Шелл, написавший впечатляющую книгу о тотальных последствиях тотальной ядерной войны, «не может быть названо психологически здоровым». К такому мнению можно только присоединиться.

Можно также упомянуть в этой связи об одной печальной констатации американского социолога и психолога Э. Фромма, который дал свое толкование ЭТОЙ чудовищной адаптации людей к перспективе собственной гибели. Фромм ввел понятие «рыночный характер» современною человека, который ощущает самого себя товаром на «рынке личностей». Ему важно «сбыть» себя, притом как можно более выгодно, чтобы иметь не только достаточные, но и по возможности обильные средства к существованию.

Человек теряет свое подлинное и независимое «я», наступает «кризис идентичности». Утрачивают значение такие «старомодные» и «нефункционирующие» понятия, как любовь, смысл жизни, даже ненависть, наступает некое тотальное безразличие. Этим, быть может, и объясняется, заключает Фромм, почему людей «не беспокоит опасность ядерной и экологической катастрофы, несмотря даже на то, что им известны все данные, свидетельствующие о такой угрозе».

Popularity: 30%